Алексей Гудков. "Русский бой на любки: Воспоминание об Андрееве"

Глава 1. Первое знакомство с Любками

Мое первое знакомство с Любками произошло на семинаре, который проводил Андреев в конце 1995 года. До этого я уже был на одном живом семинаре и видел, как работает в Любках Андреев, и кое-что видел на видео записях, но вживую с Любками я познакомился только на этом втором своем семинаре.

Как было дело.

На семинаре Андреев вел любошное занятие и время от времени брал кого-то из зала и показывал Любки вместе с ним. Мне было крайне интересно самому поработать в Любках и убедиться в том, что Любки работают, почувствовать то, что ощущают те, кто работал в Любках. А любошники на моих глазах кувыркались, падали, делали какие-то странные движения, но все при этом смеялись и никто из упавших не расстраивался и не бросался отыгрываться за свое падение. Повторюсь, мне было крайне интересно понять, что же это такое – Любки.

Здесь я прервусь и попробую описать, почему меня это так заинтересовало.

Я пришел знакомиться с Любками уже самостоятельным мастером, имевшим свою школу и своих учеников. Как и большинство людей увлеченных боевыми искусствами, я прошел почти весь набор боевых школ, которые существовали в то время в нашей стране.

Свой путь в познании боевых искусств я начал со школы, с классической борьбы. Дальше был институт и занятия Самбо. Затем в нашу страну стало проникать новое таинственное боевое искусство Каратэ, и я начал изучать и его, одновременно не бросая занятий по самбо. Это продолжалось не долго, прозанимавшись чуть более трех лет, и посетив почти все доступные мне основные школы каратэ в Москве, я увидел, что научиться ничему принципиально новому, что вывело бы меня на мастерское владение боем, я не могу. Везде я видел однообразное заучивание приемов, их наработку в парах и спарринг. Меня начинал мучить вопрос, где философия и где само искусство боя, о которых так много говорят ведущие мастера?

Для себя я никак не мог на него ответить. Я искал. Поиск привел меня к занятиям ушу, и я с головой погрузился в изучение новой борьбы, осваивая разные стили, будь то стиль обезьяны, журавля…. А в 1987 году я начал изучать новый вид единоборств - «русскую борьбу». Так называли ее те, с кем я долгие годы точил мастерство ушу, а потом мы все вместе стали изучать «русскую борьбу».

Я считаю этот год для себя началом изучения русского единоборства, началом возвращения себя. В 1990 году я набрал первую группу учеников и начал вести занятия по своей школе. Год от года я набирал силу, мне начинали удаваться такие сложные приемы, о которых я раньше и не мог мечтать. Я начал видеть намерение противника с закрытыми глазами и тогда я ввел в своей школе раздел обучения бою в слепую – с завязанными глазами. Я научился бить так, что несильным ударом мог пробить любой пресс противника. И еще многое другое начало открываться мне. Я учил всему этому своих учеников и видел, что не могу научить их тому, чем владею сам. Вернее я видел так, они стараются, я стараюсь, и обучение идет, но очень трудно. Я видел, мне не хватает знаний, чтобы преподавать то, что открылось мне. И хуже того, я не знал, как дальше развивать то, что у меня иногда вскрывалось на занятиях, как некие чудесные способности. Будь то видение намерения противника со спины или неожиданный для самого себя уход от удара противника в тот миг, когда он подстроил мне ловушку из неожиданных ударов, в которую я по всем законам боя должен был попасть. Я понимал, у меня нет школы, и я не знал, как ее выстроить. Я продолжал искать. Этот поиск и привел меня на живые семинары Алексея Андреева. Я пришел изучать Любки, но сначала я хотел на себе попробовать их действие. И мне повезло.

На том занятии, о котором я упоминал в начале своего рассказа, Андреев предложил мне провести с ним одно исследование.

«Хочешь попробовать сам почувствовать, что ощущают другие?» - спросил он меня. «Конечно» - отозвался я.

Мы встали друг напротив друга, взялись в одноручку (очень похоже на положение рук, когда мужики меряются силой - борются на руках) и каждый начал тянуть в свою сторону. Тянуть начали по-настоящему, так, что напряглись все мышцы. Я стоял твердо и плотно. И тогда Андреев слегка дотронулся указательным пальцем второй руки до моего напряженного бицепса. Смотри в себя, сказал он. Я посмотрел и открыл рот от удивления. В тот миг, когда Андреев едва коснулся моей руки, моя рука стала пустой!

Она стала пустой, я такой ее ощутил! У меня не осталось силы, остались одни напряжения мышц. Словно из моей руки выпили всю силу. Я был изумлен и поражен. Как это можно, одним легким касание лишить меня силы!?. Как это вообще можно сделать? Чем же я все время занимался, если так легко можно отобрать мою силу? И что это было?

Вот оно, сказал я себе, нашел, если это показывают и учат, как это делать, - это настоящая школа, я остаюсь учиться. Дальше у меня были еще удивительные открытия в Любках, которые меня поразили, но это было первое и самое яркое, как первая любовь.